mmmaestro

Anton Bukanov

Что с возу упало — того не вырубишь топором


Previous Entry Share Next Entry
mmmaestro

198

198. Здравствуйте, дамы и господа!

А мы продолжим наш литературно-исторический «экскурс». И вот она, часть 4! Пусть —

9+

«Сарайка — сарай (вот так ласково любим мы называть наши сараи...)». У нас так называли не конкретно сарай — тот так сараем и оставался, — а специальные кладовки для всякого хлама, имевшиеся при каждой квартире в городских домах, но находившиеся при этом вне самой квартиры. В нашей пятиэтажке — да и в следующей, куда мы переехали в 1991 году, — сарайки, небольшие секции, запиравшиеся на ключ, были в подвале дома. Мои детские лыжи и хоккейные клюшки лежали там аккурат до следующего переезда, случившегося уже в середине 2010-х годов. В домах постарше и бараках — это были продолговатые, приземистые (не больше двух этажей) строения, напоминающие гаражи. Они находились напротив домов и пребывали, как правило, в плачевно-аварийном состоянии. Но все и всегда свою сарайку очень ценили! А помимо всякого хлама, в сарайках хранили картошку, сушёные грибы и фрукты, соленья в банках, а некоторые также и алкогольные напитки собственного изготовления. У нас вот, к примеру, предпочитали готовить брагу...

«Сбедить — устроить беспорядок». Уж сколько я их устроил — а слова такого не слышал!

«Сeнчик — лук на посадку». Умозрительно со словом знаком, сажать же лук не доводилось. Ограничился картошкой!

«Сиденька — сиденье (и места для сиденья теплотой и лаской не обделяем!)». Это слово до сих пор очень популярно. Не уверен всё же, что исключительно в ярославских краях.

«Скособeнить — свернуть что-либо на сторону, испортить». Есть такое, хотя чаще говорили «скособочить».

«Солодaшки — грибы на засолку; сыроежки». В наших местах это именно сыроежки. То, что на засолку — «солонина».

«Сподобить — помочь (особенно часто можно услышать выражение: „Сподоби, Господи!“)». По-моему, это и вовсе из церковнославянского...

«Стибулять — шить наспех, кое-как». В детстве ваш покорный слуга, что интересно, пробовал вязать, а также вышивать на пяльцах и крестиком. Не так давно одно из «произведений» детской поры попадалось мне на глаза в мамином доме. Но слова такого я не слыхивал.

«Стоныга — вечно всем недовольный человек». Таких, по-моему, везде много. И в Ярославле, разумеется, тоже...

«Сушеница — свинушка (это гриб в Ярославии такой растёт)». А у нас свинушку называли «матрёшка». Этот гриб у нас не брали (как, впрочем, и опята, считая их поганками), а людей всё же собиравших упрекали в «жадности» и «жлобстве». «Вот жмот, уж свинушки поганые берёт...»

«Счикнуть — стряхнуть». Ага, и до сих пор счикиваем! Неужели только мы, в Ярославле и окрестностях?

«Тарнaва — водоросли». Слышал, но это, по-моему, уж как-то заумно да литературно...

«Телевизер — телевизор (всё та же история с буквами)». Вот это совсем другое дело! Впрочем, здесь всё то же, что говорилось в одной из предыдущих частей по поводу «радиво»...

«Телиться — долго собираться». Да это, мне кажется, общероссийское...

«Тeльный — упитанный». И это — тоже. Любим поесть, куда без этого. Да деревенский воздух и располагает. Сколько себя помню, когда приезжал в деревню, даже ходя каждодневно по лесам и рекам до двадцати пяти километров, всё равно за время поездки всегда прибавлял в весе.

«Темняет — темнеет». В шутку и сам так говорю. Теперь вот сомневаюсь: вдруг это — слишком местное, и я не вполне ясно выражаюсь?

«Тенятник — паук». Да, а ещё — паутина, которая так любит заводиться в углах любого дома. Впрочем, где-то читал о том, что пауки поселяются исключительно в энергетически чистых местах. Поверим же авторам на слово...

«Теперича — теперь, сейчас». Очевидно общероссийское.

«Тинето — ни то ни сё, ни рыба ни мясо». Ха-ха, а вот это слово я всегда понимал, как «тенето» — то есть сеть, сети. А вон оно как, оказывается! Что ж, буду надеяться, что никогда не стану «тинетом», или, как у нас выражались, — «ни с чем пирожком».

«Топыриться — сопротивляться». Слышал, но как-то не воспринял.

«Третeни — позавчера». Такого не слышал. Да и, по моему разумению, «третенИ» — это всё же ближе к «третьёводни», то есть, «третьего дня». А вот моя бабушка говорила «послевчера», что, разумеется, казалось мне нонсенсом: ведь после вчера — это сегодня! Но означало это именно день накануне вчерашнего...

«Тубаретка — табурет (и снова ярославский „шедевр“!)». Это популярное слово, но уж слишком простонародное. И, опять-таки, не уверен, что чисто ярославское.

«Тyхманка — голова дурная». Нет, такого не слышал. А уж когда довелось поработать с самим Давидом Фёдоровичем — не слышал вдвойне!

«Угрудeть — перепреть». Что-то такое слабо припоминаю, из раннего детства...

«Ужарeть — перегреться (главное — на зелёной не ужареть!)». О, а вот это — одно из слов, которые я активно употребляю в своей речи! Надеюсь, меня не слишком ненавидят за «туманность»...

«УжО — сегодня вечером». Одно из популярных слов. Бабушка так и говорила: «ну, поели, и ладно, а картошку оставим на ужо». Ну да, на вечер, или просто «на потом».

«Улькнуть — свалиться в воду». Сваливался и в воду, чего уж. Дело житейское!

«Упорожнить — освободить сосуд из-под чего-либо». Ну, упорожнял-то я в детстве много чего: банки с водой, кринки с молоком, бидоны и баллоны с квасом... Продолжаю и теперь, и, по-прежнему, без особого пьянства.

«Хабaлка — распущенная женщина с грубыми манерами». Это уж точно слышал по всей стране, так же как и синоним — «халда».

«Худой (об одежде) — дырявый». Неужели и это ярославское? Не верится, слишком уж широко употребимое выражение.

«Чадить — курить». Синонимов курения у нас было много. Чаще говорили «смолить»...

«Чепыргa — сорный кустарник». Такого не слышал, а вот «чепыжи» — заросли камыша, лопуха, борщевика, крапивы и прочих кустарников, зачастую с кочками, буреломом, а то и водой внизу, под ногами, раскинувшиеся где-нибудь на окраине леса, в овраге или вблизи реки, и — важное условие! — через которые обязательно нужно пройти, — это точно наше. Корень у этих слов — кажется, один.

«Чехвoстить — ругать». Обязательно, но разве же только у нас? Впрочем, синонимов ругани везде гигантское количество, может, этот — и впрямь из наших мест...

«Чумичка — половник». Я это слово почему-то не любил, говорил обычно «поварёшка». Но ведь «не любил» — значит, хорошо знал.

«Шугa — пластинки льда, плавающие в воде». Поэтично, но не слышал.

«Ягaрма — злобная, жестокая женщина». А это, мне кажется, что-то северно-тундровое. У нас такого не припоминаю...



...Однако же, друзья дорогие, на этом статья из ярославского журнала «Pro Город» и окончилась. Но наше повествование ещё продолжится, ибо в следующей и уже, наверное, заключительной части, я попробую вспомнить ярославские слова и выражения, знакомые лично мне, а не чужим журналистам да филологам, пусть и прекрасным. До скорой же встречи!



Ваш А. Б.

28 февраля 2018

?

Log in

No account? Create an account